Взгляд с другой стороны
Ввиду того, что вновь присоединенные территории должны быть надолго закреплены за Германией и Европой, многое будет зависеть от того, как вы поставите себя там. Вы должны уяснить себе, что вы на целые столетия являетесь представителями великой Германии и знаменосцами национал-социалистской революции и новой Европы. Поэтому вы должны с сознанием своего достоинства проводить самые жесткие и самые беспощадные мероприятия, которых потребует от вас государство.
6 августа 1945 над японским городом Хиросима солнце взошло в ясном голубом небе, обещая приятный теплый день. Ничто в эти рассветные минуты не указывало на то, что этот день будет чем-то отличаться от предыдущих. Но он будет другим, совсем другим, этот день. Этот день изменит наш мир. В этот день одна-единственная бомба, сброшенная с самолета, разрушила город, и это привело к окончанию Второй мировой войны и ввело человечество в атомный век.
Нет ни одних военных действий, в которых не страдало бы мирное население. И трудно определить, чьи страдания больше, если есть, на самом деле, какая-то универсальная шкала страданий. Голод, насилие, унижение — нельзя вычленить из этого списка «самое ужасное». Можно рассказывать о каждом отдельно или вкупе. В этом отношении Италия, которая начала войну на стороне Германии, а в 1943 году перешла в стан союзников, удивительная страна. Нацисты и союзники…
Первая бомбежка города Кассино состоялась через 2 дня после того, как первые союзные войска вступили в Италию. 10 сентября 1943 года монастырь принял первых беженцев из города, оставшихся без крова. Все шли в аббатство, так как верили, что никто не посмеет бомбить святыню. Однако донесения говорили об обратном. 14 октября из Рейха приехали два офицера с настоятельными рекомендациями готовить к эвакуации все движимые сокровища Монте-Кассино.
В 1943 г. стратегическое наступление ВВС стран-союзниц против немецких городов можно разделить на три основных этапа. Первые полгода объектом наступления был Рурский промышленный район. Данное наступление, несомненно, осуществлялось более успешно, чем все предыдущие подобные акции, хотя, конечно, было еще рано говорить о каких-либо решающих результатах. В середине лета была предпринята серия воздушных налетов на город и порт Гамбург.
Вместе с сотнями других кандидатов я находился уже почти год на территории оккупированной Франции, и перспектива получить место в военной лётной школе представлялась довольно маловероятной. Во время моего первого отпуска 23-го июля 1943 года я прибыл в Гамбург. Конечно же, радость от встречи с родными была велика.
Дата налёта была определена погодными условиями. В ночь на 13-е февраля метеорологи прогнозировали над Дрезденом ясное небо. Командование британской бомбардировочной авиации информировало Советскую Армию, линия фронта которой проходила в 150 километрах от столицы Саксонии. Во второй половине дня 13-го февраля с английских аэродромов поднялось 245 самолётов «Ланкастер» пятой эскадрильи бомбардировщиков для ночного налёта.
По причине частых бомбардировок и авианалётов на Гамбург было принято решение об эвакуации почти всех детей школьного возраста в сельские районы подальше от города – туда, где авианалётов не было, либо они были редки. Меня отправили в Дрезден. Нас разбили по классам. Во главе нашего класса был учитель и один, уже в годах, вожатый из Гитлерюгенд.
Мы не могли поверить, что наш Вермахт пропустит в город русских, но, несмотря на это, подвал нашего дома, где ранее размещалась прачечная, мы переделали под бомбоубежище, удобное для всех жителей. Каждый из жильцов держал там сумку с самыми необходимыми вещами. Обстрелы происходили ежедневно, и в любое время внезапно мог начаться ад.
Родители Эльвиры были лидерами антифашистского сопротивления. Отец вынужден был покинуть семью и продолжать опасную работу на нелегальном положении. Но нацисты не оставляли в покое семью Пауля. Обыски в его квартире продолжались. Однажды полицейские ворвались в дом, разгромили все жилище, зверски избили мать. После этого обыска женщина на всю жизнь осталась инвалидом.
Война в Европе закончилась 7 мая 1945, после подписания представителями германского вермахта Акта о безоговорочной капитуляции в Реймсе, Франция. Германия была в руинах. Большинство ее городов были разрушены практически до основания, в транспортной системе царила неразбериха. Около 20 миллионов немцев остались без крыши над головой, более 5 миллионов беженцев скитались по стране.
Это было начало блица – периода интенсивных бомбардировок Лондона и других городов, которые продолжались до мая следующего года. В течение 57 дней, Лондон атаковали днём и ночью. Пожары уничтожили целые районы. Жители пытались найти убежище, где только могли – многие спасались в подземных станциях метро – по ночам там пряталось до 177 000 человек.
Вражеские колонны бомбардировщиков прилетели с юго-запада и юга при ясном небе и солнечной погоде. Мы наблюдали за белыми шлейфами, тянувшимися за самолетами на большой высоте, и видели сомкнутые колонны самолетов, устремившихся к центру города. Затем сквозь метровой толщины стены бомбоубежища больше часа не слышали ничего кроме ужасающих громовых раскатов ковровой бомбардировки…
Я и несколько моих друзей шли вдоль короткой и узкой Обервальштрассе, которая ответвлялась от улицы Унтен ден Линден. То, что мы там видели, с небольшой разницей можно было увидеть на сотнях берлинских маленьких улочках. Искорёженный американский полугусеничный вездеход с регистрационными номерами СС лежал перевернутый, как и другая военная техника беспорядочно разбросанная за ним.
В ночь на 25 июля 1943 года был снова дан сигнал тревоги, предупреждавший об авианалете. Мой отец и я, как и всегда в последнее время вместе отправились к школе на Хердерштрассе, чтобы встретиться там с нашими товарищами. Проходя по Герихтсштрассе, мы услышали грохот орудийной атаки. Тогда мы заторопились, чтобы успеть туда дойти, но уже буквально через несколько секунд началась бомбардировка и тогда мы забежали в подъезд одного из домов.
Франц Уле-Веттлер
Прежде всего, стоит упомянуть об источниках, необходимых для исторических оценок. О немецких источниках не стоит долго говорить, так как их значительная часть десятилетиями находилась в руках у британцев. Британцы же очистили даже свои собственные архивы от всех документов, вплоть до самых незначительных, которые противоречили их официальной позиции. Таким же образом обходились они и с немецкой документацией.
Постепенно авианалеты и бомбардировки городов стали более частыми, и нам стало ясно, в какой опасности мы находимся, и то, что наш подвал может стать для нас могилой. Тогда мой отец решил выкопать для меня и мамы убежище, похожее на те, которые делались в первую мировую войну. Он постарался сделать его максимально уютным – насколько это было в его силах. Я тоже приложила к этому руку: сначала был выкопан широкий и глубокий лаз, так чтобы я и мама могли сидеть напротив друг друга.
Из опросов агентов вырисовывается следующая картина положения в Москве к началу марта 1942 г. В критические октябрьские дни 1941 г. резко проявился настрой населения против советского режима из-за несостоятельности советских органов власти, которые спасали себя, бросив население на произвол судьбы.
Обычные военные будни изменились. Всё чаще объявлялись добавки к обычному рациону питания. Однажды это были яйца, и не по одному на человека, а несколько. Поскольку наша небольшая семья за это время выросла на три человека, для нас эта добавка была предзнаменованием начала мирных дней в очень скором времени.
Смоленск казался брошенным. Промышленным объектам были нанесены огромные повреждения, то же можно сказать и о мостах через Днепр. Среди руин гордо высился, вздымаясь в небо, смоленский собор. По всей видимости, он почти не пострадал. Я пошел вслед за женщинами и стариками и, войдя в собор, поразился его красоте. Все выглядело в полном порядке.
