Научно-технические разработки
Г.Н. Абрамович
На первом же переезде мы были несколько обескуражены. Шлагбаум, который был до этого закрыт, при приближении нашей машины открылся. Перебравшись через переезд, мы остановились, чтобы с помощью сторожа ориентироваться на местности. Карта у нас была, но интересовавшие нас объекты на ней не значились. Однако никакой охраны переезда найти не удалось. Потратив с полчаса, мы поняли, что шлагбаум управляется сервоприводом, соединенным с фотоэлементом. Если поезда нет, то при подходе автомашины шлагбаум автоматически открывается и затем закрывается.
Г.Н. Абрамович
Мое знакомство с немецкой реактивной техникой началось зимой 1944-45 гг. Первый серьезный объект, доставшийся нам, – трофейный ЖРД от ракеты «Фау-2″, доставленный зимой начала 1945-го в НИИ-1 из Польши. Это был хорошо сохранившийся серийный двигатель тягой 35 тонн, использовавший в качестве топлива керосин, окислитель – жидкий кислород. Достаточно сказать, что по мощности этот двигатель на порядок превосходил имеющиеся у нас.
Б.В. Раушенбах
Крылатая ракета 212, самая большая жидкостная ракета, созданная Королевым до войны, была пограничным летательным аппаратом, за которым уже начиналась пилотируемая ракетная техника. За этой ракетой было будущее. БВ, как стали называть Бориса Викторовича сослуживцы-ракетчики и называют до сих пор, успел разобраться с автоматикой ракеты к 1938 году, когда Сергея Павловича Королева посадили.
По линиям связи с заграничных метеостанций стала поступать совершенно искаженная информация, а с первых же часов 22 июня связь с западными станциями прекратилась вовсе. Обо всем докладывали куда следовало, но ничего предпринято не было. Безоговорочно действовала директива: «не поддаваться на провокации». Такие установки дорого обошлись. В начале июля пал Псков, в конце июля война пришла на дальние подступы Ленинграда, на Лужский рубеж, а 8 сентября вокруг города сомкнулось кольцо окружения.
Б.Е. Черток
Дело было не только в охватившей весь народ эйфории близкой победы и ощущении выхода на яркий свет после мучительных четырех лет войны. Исследование материалов, найденных на ракетном полигоне в Польше, в районе Дебице, данные разведки, скудные сообщения союзников — англичан, показания и рассказы немногочисленных имевших информацию пленных — все это дало возможность в общих чертах составить представление о размахе работ в Германии по новому виду вооружения — управляемым ракетам дальнего действия.
В.Н. Бугайский
Для меня решение Сергея Владимировича было, как гром среди ясного неба. Мне было двадцать восемь лет. В ОКБ я проработал всего шесть лет, С.В. Ильюшин казался мне недосягаемой величиной, и вдруг стать его заместителем, в голове это даже не укладывалось… Времени на раздумья не было. Это был жизненный шанс, и упустить его было нельзя. Я дал согласие.
1 июня 1939 г. этап из Новочеркасска отправился во Владивосток. Заключенные ехали в товарных вагонах. Но, несмотря на строгий режим и почти полную изоляцию от внешнего мира, узники умудрялись выбрасывать на волю через зарешеченные окна весточки о себе. Это были маленькие листочки тонкой папиросной бумаги, предназначенной для того, чтобы насыпать в них махорку и свернуть так называемую самокрутку.
Пришли четыре письма отца из Новочеркасской тюрьмы. Из них, выхолощенных цензурой, можно было понять только, что жив да здоров, чувствует себя сносно, всё благополучно. Первая страница представляла собой описание того как отец живёт и что жить, в общем, можно. Вторая была вся вымарана, да так искусно, что ни на свет, ни с лупой ни одной буквы не разобрать…
Он был убежден, что следователи Быков и Шестаков ничего не понимают, это просто пешки, выполняющие чей-то нелепый приказ. На суде все должно быть иначе, члены суда наверняка серьезные люди. Он ни в чем не виноват и это очень легко установить – ведь никаких доказательств его вины просто не существует. Он может все объяснить. Но… его объяснения, оказывается, никого не интересовали.
С.П. Королев
Эти материалы просто уничтожающие: «Методика работы КОРОЛЕВА была поставлена так, чтобы сорвать выполнение столь серьезных заказов путем создания определенных трудностей, запутывания существа дела ведением кустарного метода работы и непроизводительным расходованием средств». Все перечисленные факты сводились к одному выводу: умышленное вредительство. Разумеется этот акт давал в руки следователям как бы «дополнительные доказательства» вины отца, хотя им, убежденным в его виновности еще до ареста, это вряд ли было необходимо…
По прибытии в тюрьму отец заполнил «анкету арестованного», в левом верхнем углу которой значилось «вредит». В тот же день его сфотографировали анфас и в профиль и вызвали на допрос к следователю – сержанту госбезопасности Быкову. На вопрос: «Вы арестованы за антисоветскую деятельность. Признаете себя виновным?» – был дан ответ: «Нет, не признаю. Никакой антисоветской деятельностью я не занимался».
С.П. Королев
Военная коллегия Верховного суда СССР приговорила «Королёва Сергея Павловича к тюремному заключению на десять лет, с поражением в политических правах на пять лет и с конфискацией всего, лично ему принадлежащего имущества». Для Королёва началась полоса путешествий по тюрьмам: из Бутырской тюрьмы – во внутреннюю на Лубянке, обратно в Бутырскую, затем в пересыльную Новочеркасскую, оттуда «по этапу» во Владивосток и далее через Магадан на Колыму.
Конструкции, обмазанные «противопожарным суперфосфатом», от бензина не загорелись. Затем наступила очередь домиков. В каждом из них на одинаковых деревянных скамейках лежало по зажигательной бомбе. Один был обмазан, другой нет. Бомбы привели в действие. Тот домик, что не был обмазан, вспыхнул как спичка. Через 3 минуты 20 секунд от него остались лишь тлеющие угли. Второй – не загорелся и даже не обуглился.
Академик В.М. Тучкевич
Я был командирован на Северный флот в Мурманск со специальным заданием. Туда из Англии в марте 1942 г. прибыло какое-то оборудование, видимо, имевшее отношение к защите кораблей от магнитных мин. При том беспорядке, который был тогда у нас в стране, либо по злому умыслу, либо по халатности, документы, сопровождавшие это оборудование, были утеряны, и их не смогли найти.
Только 31 декабря 1940 года Главным военным советом ВМФ было принято решение по оборудованию защитными системами ЛФТИ основной части кораблей всех флотов в течение 1941 года. Однако осуществить это решение не удалось. Подготовка к его выполнению заняла почти всю первую половину 1941г., а в июне разразилась война. Таким образом, к началу войны наш военный флот не был защищен от магнитных мин, за исключением нескольких кораблей, на которых в опытном порядке были установлены системы ЛФТИ.
Н.А. Астров
В первые недели войны стало ясно, что танки с противопульным бронированием не обеспечивают успеха, и было предложено прекратить выпуск Т-40. Разрешалось только использовать имевшиеся заделы, главным образом бронекорпусов, и, лишив танк плавучести, изготовить небольшое количество, в пределах задела, сухопутных танков по чертежам Т-40, внешне очень с ним схожих, но для избежания путаницы в войсках названных Т-30.
Сергей Ильюшин
Война близилась – это понимали уже все, – поэтому нужно было срочно запускать в серийное производство наиболее перспективную машину, которая сможет громить врага с максимальным эффектом. Таковой на тот момент оказался именно Ил-2. В основу проекта была положена революционная идея: создать штурмовик с работающей броней, включенной в силовой набор самолета.
А.М.Исаев
Работать у Исаева, как у наиболее талантливого и блестящего специалиста и человека замечательного, было мечтой всей молодежи, среди которой он отбирал себе помощников. В начале, когда шло восстановление завода, он работал один, его сразу освободили от участия в строительных работах, он уже занимался подготовкой самолета БИ к первым стендовым летным испытаниям.
